Если настоящие библиотеки потихоньку уходят в прошлое, то их электронные прототипы – настоящая находка для любителей чтения, которые ценят каждую минуту своего свободного времени. На этой странице находятся все книги, доступные для чтения онлайн на любом современном гаджете. Ищите по названию/автору, открывайте – и наслаждайтесь без привязки к месту или времени!
Фронт уже близко. На территории, захваченной Колчаком, объявлена всеобщая мобилизация. Для свободы передвижения нашему отважному разведчику нужно подлинное удостоверение об освобождении от воинской повинности. Малейшая неточность в начертании букв на бланке, в форме печати, орфографическая ошибка на документе — смерть для разведчика.
Возвращаясь из осенней прогулки старшеклассница Таня Ласточкина повстречалась с загадочным незнакомцем с собакой. Какую роль он сыграет в ее судьбе? Повесть «Птица у твоего окна» посвящена молодым людям, представителям поколения 70-80-х годов ХХ века, которые любят, ненавидят, ждут, ищут, ошибаются, надеются на лучшее. Писатель Виорэль Ломов: «Несколько судеб героев плотно сплелись буквально в канат, образовав прочный стержень повествования. Лирические, неторопливые, милосердные, свежие сцены сменяются динамичными, криминально насыщенными главами, сухими и безжалостными». Подробнее на livelib.ru: https://www.livelib.ru/book/1001396778-ptitsa-u-tvoego-okna-sbornik-aleksandr-grebenkin
Представляем вашему вниманию исследование выдающегося специалиста по еврейской мистике Гершома Шолема (1897–1982), посвящённое генезису и эволюции представлений о Шхине, т.е. Вечной и Божественной Женственности, в контексте еврейской традиции. Это эссе представляет собой главу в его работе On the Mystical Shape of the Godhead: Basic Concepts in the Kabbalah (New York, 1991).
В пятый том настоящего издания вошли очередные шестнадцать глав и, соответственно, медитационные техники с девяносто второй по сто двенадцатую, соответствующие пятому тому первого оригинального издания, состоящего из пяти томов. Данный том содержит два цикла бесед Ошо, посвященных различным техникам медитации. Материал тома является достаточно автономным, и любой из техник может оказаться достаточно для достижения Истины - эзотерические практики большинства религиозных традиций построены на одной-двух техниках Вигьяны Бхайравы Тантры.
Труд Геродиана излагает римскую историю от смерти Марка Аврелия до Гордиана III, то есть охватывает годы 180—238 н. э. Следовательно, данное издание является крайне полезным дополнением к так называемым «Авторам жизнеописаний августов», под названием «Властелины Рима».
Когда я предаюсь paзмышлeнию и вспоминаю об Октавии — этом добром и верном моем друге, я испытываю такое наслаждение и прихожу в такое состояние, что кажется сам возвращаюсь в прошедшее, а не в памяти только вызываю представление о минувших, прожитых временах. Образ его тем сильнее запечатлелся в сердце и во всех моих чувствах, чем дальше стал от моих глаз. И не напрасно разлука с таким превосходным, благочестивым человеком оставила во мне безмерное сожаление. Он и сам любил меня так горячо, что как в наших забавах, так и в важных делах его желания были согласны с моими. Можно было подумать, что в нас обоих была одна душа. Он был поверенный в моих увлечениях, товарищ в заблуждениях, и наконец когда я с рассеянием мрака перешел из тьмы неведения к свету мудрости и истины, Октавий в этом деле не только не отстал от меня, но что еще похвальнее — опередил. Итак, когда я в своем воспоминании переношусь к времени нашей совокупной дружной жизни, то прежде всего останавливает на себе мое внимание та беседа, которую Октавий ведь однажды с Цецилием, зараженным суеверием язычества, и которая убедительностью своею обратила его к истинной религии.
Но есть то, что нас объединяет больше смазливой внешности и того, что мы обе брюнетки – наша многолетняя вражда, порой перерастающая в полноценные военные действия. Иногда она выглядит, как перманентная война, но только до момента, пока наши интересы не схлестнутся. И никто уже не помнит, с чего все началось… Точнее, помню это только я. И ненавижу ее за это. И эта ненависть – самое сильное, глубокое и массивное чувство, которое я когда-либо испытывала.
_________________________________________________________________ Еще больше работ автора на Фикбуке, Ник: Nogaulitki
Я не знаю, о чем я думала. Это была совершенно незнакомая мне девушка, которую я видела второй час в своей жизни. Которая была не одна к тому же. И я так просто дарю ей цветы и пишу такие вещи. Что я вообще делала?
