Пуля встретила меня еще на полпути.
Мне не было больно.
Из револьвера снова вырвалось пламя, но и на этот раз я ничего не почувствовал. Потом еще и еще…
Я уже ничего не видел и не слышал, и только медленно погружался во тьму бездонного чрева, из которого мне уже не выбраться… Последние проблески сознания говорили мне, что я подтянул колени к подбородку и свернулся калачиком. Теперь, во мраке, я стал неуязвимым.